Перейти к содержимому

Тунгус кто это по нации

  • автор:

Эвенки (тунгусы) — аристократы Сибири под Полярной звездой

Эвенки — один из самых многочисленных северных народов, сохранивший самобытность и традиционные религиозные верования. Эвенков называли аристократами Сибири, французами тундры и тайги. А еще они носили фраки, подарили жизнь слову «шаман» и считали воронов заколдованными людьми.

Название

До 30-х годов прошлого столетия эвенки были известны, как тунгусы. Это название произошло от якутского тоҥ уус, впоследствии экзоним переняли русские, отразив его в отчетных и исторических документах.
Самоназвание эвенков — эвэнкил, что переводят, как «народ, живущий в горных лесах» или «идущие поперек хребтов». Считается, что наименование произошло от места обитания древних эвенкийских племен на горно-таежных территориях Забайкалья. Другое известное самоназвание этнических групп эвенков-оленеводов — орочены. Оно происходит от эвенкийского «орон» — олень, орочен — «человек, владеющий оленем». Отдельные группы этноса имели собственные названия: солоны, манегры, бирары.
У других народов существовали собственные наименования эвенков:

  • килин, цилин, о-луньчунь (от «орочен») — китайцы;
  • орочнун — маньчжуры;
  • хамнеган — монголы;
  • тонгус — татары.

Где живут

До начала освоения Забайкалья русскими ведущие кочевой образ жизни эвенки занимали обширные территории от границы с Китаем до Ледовитого океана, от Енисея, до Камчатки. Столь широкое расселение объясняется склонностью к постоянным длительным перекочевкам: от нескольких сотен до тысячи километров за сезон. На каждого эвенка приходилось 25 км2 неосвоенной территории. Представители народа домом считали всю землю и говорили: «эвенки нигде и везде».

С XVII столетия русские, буряты, якуты вытесняют эвенков с территорий Баргузина, Ангары, левого берега Амура. Часть эвенков переселяется на Сахалин, занимает свободные территории Оби, Таза. Устанавливаются границы России и Китая: это приводит к миграции бираров и манегров в Северный Китай.
Сегодня эвенки не имеют национальных селений, проживая в соседстве с русскими и северными народами. Общие границы расселения большей части представителей народности очерчены следующими границами:

  1. Север — Северный Ледовитый Океан.
  2. Юг — река Амур, территории Прибайкалья.
  3. Восток — Охотское море.
  4. Запад — река Енисей.

Численность

Общая численность эвенков в мире составляет порядка 80 000 человек: половина живет в России, другая часть — в Китае. По данным переписи 2010 г., в России находится 35 527 эвенков. Распределение по регионам:

  • Якутия — 18 232 чел.
  • Красноярский край — 4 632 чел.
  • Хабаровский край — 4 533 чел.
  • Бурятия — 2 334 чел.
  • Амурская обл. — 1 501 чел.
  • Забайкальский край — 1492 чел.
  • Иркутская обл. — 1 431 чел.

Китайская перепись 2000 года показала 38 396 представителей исторических эвенков на территории Китая. Формально они разделены на 2 субэтноса, официально признанных в числе прочих наций КНР:

  1. Орочоны — 8196 человек, проживающих во Внутренней Монголии, провинциях Хэйлунцзян и Ляонин.
  2. Эвенки — 30 505 человек, из которых выделены отдельные группы собственно эвенков, хамниганов и солонов. Проживают в городском округе Хулун-Буир, порядка 25 000 человек записаны солонами. Около 1000 эвенков разрозненно проживают в Монголии, подвергнувшись значительной ассимиляции, утратив культурные особенности.

Существует родственный эвенкам народ — эвены, обитающие в восточной части России: в Якутии, на Чукотке, в Магаданской и Камчатской областях, Корякском АО. Существует две версии появления этноса:

  1. В первом тысячелетии нашей эры, в период расселения тунгусов из Прибайкалья, отдельная группа родов достигла берегов Охотского моря, где ассимилировала местное население: юкагиров и коряков.
  2. В XIV-XVI веках пешие тунгусы, занимавшиеся собаководством и не имевшие оленей, вынужденно мигрировали на север под влиянием агрессивного освоения территорий якутами.

Перепись 2010 года показала, что в России проживает 21 830 эвенов. Другое распространенное название народности — ламуты.

Эвенкийский язык принадлежит к тунгусо-маньчжурской семье, наряду с негидальским и эвенским. Охарактеризовать его можно как переходный вариант между тюркскими и монгольскими языками. Отличается сложным многоступенчатым использованием гласных звуков, обилием сложных слов: деепричастий, падежных, глагольных форм.
Письменность появилась в 30-х годах прошлого столетия, сначала на основе латинской, затем русской графики. Ранее эвенки использовали примитивные пиктограммы: систему знаков, связанных с кочевками и охотничьим промыслом. Зарубками на деревьях вблизи покинутого стойбища обозначалось время ухода: тупой зубец означал непогоду, острый — солнечный день. Их количество и сочетание определяло время отбытия на кочевку. Если ушедшие люди не планировали возвращаться обратно, еловую ветку клали по направлению пути движения. Сложенная кругом ветка означала намерение вернуться на место стойбища вновь.
Особые знаки существовали на охоте:

  • положенная поверх следа палочка — дальше идти нельзя;
  • смотрящая концом вниз стрела, торчащая из зарубки — поблизости расставлены луки-самострелы;
  • чуть скошенная стрела, смотрящая концом вверх — оставивший стрелу охотник далеко;
  • находящаяся в таком же положении ветка — рядом идет охота.

История

Древними предками эвенков были древнетунгусские монголоидные племена, образовавшие в бронзовом веке Глазковскую культуру. Разрозненные племена занимали территории Приангарья, Прибайкалья, низовий Селенги, верховий Лены. В V—VII веках новой эры пришедшие с юга кочевники-скотоводы племени увань, мигрировав через Забайкалье, переместились восточнее и севернее, образовав протоэвенкийский народ.
В конце первого тысячелетия в регион вторглись якуты, предположительно, разделив этнос на восточных эвенов и западных эвенков.
К приходу в регион в XVII столетии русских эвенки образовывали самостоятельный народ, разделенный на отдельные роды. Во главе каждого стояли князцы — старейшины, шаманы или наиболее сильные воины рода. В отчетных документах отмечалось порядка 360 родов, в каждом насчитывалось 100-400 человек.
Тунгусы сильнее других северных народов противились новой власти. Они снимались с места кочевок, вступали в столкновения, в одном отчете отмечено: «Ленские Тунгузы в 1640 г. выщипали бороды сборщикам ясака». Байкальские группы эвенков покорились в 1643 г., жившие при Витиме восточные — лишь в 1657 г.

Одним из наиболее влиятельных князцов был Гантимир, под властью которого находилось 15 кочевых родов, относящихся к ветви конных тунгусов. Гантимир был незаурядной личностью: у него было 9 жен, более 30 детей, с детства обучавшихся воинской премудрости, обращению с оружием. Князец был недюжинной силы и могучего телосложения: в Амурском музее хранится его лук впечатляющих размеров.
Гантимир оказал решающее влияние на установление партнерских отношений с Российским государством, в 80-х гг. XVII столетия приняв христианство и подданство России. Правитель добился права автономного управления народом, взамен обязывался охранять границы от монгольских набегов и предоставлять, в случае необходимости, обученных воинов. Столетие спустя создан пятисотенный Тунгусский казачий конный полк, в середине XIX столетия включенный в состав Забайкальского конного войска.
Приход советской власти эвенки не приняли, в 1924-1925 гг. затеяв Тунгусское восстание, которое было быстро подавлено. В 1930-х гг. начинается преподавание в местных школах на эвенкийском языке. Вместе с тем создаются колхозы и горпромхозы, народу навязывается оседлый образ жизни: существовавший веками жизненный уклад разрушался, ассимиляция стирала национальные особенности. Сегодня традиционные виды деятельности, в том числе кочевое оленеводство, сохраняются лишь в труднодоступных северных регионах. Большая часть эвенков ведет современный образ жизни, из привычных занятий практикуя лишь охоту.

Внешность и характер

Смешение с рядом аборигенных и соседских народов, а также значительная территория расселения привели к выделению среди эвенков трех антропологических типов внешности. Среди них:

  1. Байкальский.
  2. Катангский.
  3. Центрально-азиатский.

Несмотря на различия, выделяют следующие характерные черты внешности тунгусов:

  • средний рост;
  • непропорциональное телосложение;
  • округлая форма лица;
  • широкие дугообразные брови;
  • узкие темно-коричневые глаза;
  • широкий плоский лоб;
  • выдающиеся скулы;
  • заостренный подбородок;
  • широкий рот;
  • черные жесткие волосы;
  • слабая растительность на лице и теле.

Этнографы, исследователи, пришедшие в регион казаки отмечали у эвенков подвижность тела, остроту ума, граничащее с наивностью добродушие, добросердечие, гостеприимство, веселый нрав, чистоплотность. Согласно заметкам исследователей, «в отличие от неуклюжего остяка, мрачного самоеда, неприветливого и кислого якута эвенки производили более приятное впечатление, за что их прозвали «французами тундры и леса».

Одежда

Называли эвенков и «аристократами Сибири» за богатое украшение национальных костюмов. Повседневная одежда получила название «в тему» — фрак, за необычный покрой: целую шкуру оленя центральной частью помещали на спину, спереди завязывая тесьмой. В верхних боковых частях выкраивали дырки для рукавов, пришивавшихся отдельно, собирали плечевые швы, на спине вшивали доходящие до пола клинья из оленьих шкур.
Верхняя передняя часть оставалась открытой: под нее эвенки надевали богато украшенные бисером меховые нагрудники. Нижняя часть покрывалась натазниками из ровдуги: прямыми у женщин, угловыми у мужчин. На ноги надевали унты, сшитые из ровдуги, тюленьей кожи, меха: функциональную обувь эвенков переняли многие соседние народы. В повседневной жизни использовали простые парки прямого кроя, сшитые из вывернутых мехом наружу оленьих шкур. Головы покрывали капорами, капюшонами. Волосы мужчины и женщины стригли коротко или заплетали в две косы. Из украшений встречались объемные женские серьги, подвески, кулоны-талисманы.
Особого внимания заслуживает украшение нагрудника и шубы: использовался мех собаки и оленя, бисер, бусины, монеты, вышивка, меховые аппликации. Орнаменты имели сакральное значение: на вещи запрещалось переносить точное изображение животных, птиц и людей, поэтому использовались аллегорические символы. Треугольники связывали с культом плодородия, деторождения, силы родовой общины. Большое значение имели солярные знаки, схематичное изображение пауков — символов благополучия, хранителей.

Семейный уклад

Эвенки жили патриархальными общинами, состоявшими из 2-3 поколений, младший сын обычно оставался жить с родителями. Старшие женились, уходили из отчего дома в новые чумы. Род играл определяющую роль, состоял из малых семей, связанных близким и дальним родством по мужской линии. Летом, когда наступал срок родов важенок, связанные семьи собирались на общую стоянку: происходили совместные праздники, гулянья, свадьбы, укреплялись родовые отношения. Зимой малые семьи уходили на кочевку, объединяясь по 2-3 чума.
Брачный возраст мужчин наступал поздно: в 20-30 лет. Женщин в супруги предпочитали брать опытных, старше 20 лет, однако случались браки с девочками 12-15 лет. Свадьбы происходили по сговору с уплатой калыма, включавшего одну из трех форм:

  1. Олени (от 2 до 15).
  2. Отработка в семье невесты.
  3. Обмен сестрами между двумя семьями.

Женщины

Добрачные связи не были под запретом, однако за невест, которые до брака вели свободный образ жизни, давали калым меньшего размера. В жизни эвенков женщина имела зависимое положение: ей запрещалось есть вместе с гостями, перечить мужу, переступать через оружие, участвовать в общественных делах, наследовать имущество. Уважением пользовались пожилые женщины: в верованиях эвенков хозяйкой земли и тайги, духом Вселенной была женщина, представляемая в виде сгорбленной старушки.

Существовали специальные семейные обряды, выполнять которые могла только жена. Женщина была хранительницей очага: следила, чтобы он не погас, занималась кормлением — бросала в огонь мясо после охоты, перед приемом пищи. Важное место занимал обряд улгани, посвященный приветствию весенних перелетных птиц. Исполняли обряд пожилые женщины: ежегодный прилет птиц эвенки связывали с круговоротом жизни, а опытные рожавшие женщины несли вечную связь рождения и смерти. Действо заключалось в завязывании на сакральных деревьях или семейных идолах цветных лент, с просьбой благополучия, приветствием вестников весны.

Жилище

Традиционное жилище эвенков — чум-урус конической формы. Основа из плотно собранных жердей зимой покрывалась оленьими шкурами. Летом — прокопченными и вымоченными берестяными покрывалами: обработка материала давала мягкость, прочность, делала его непромокаемым. Покидая место стоянки, основу из жердей сохраняли, с собой забирали шкуры, бересту, утварь.
В центре уруса располагался открытый очаг или мазаный глиной камин, сверху размещали жердь для котла. Задняя часть чума предназначалась для почетных гостей, заходить на нее женщинам не полагалось. Оседлые эвенки проживали в полуземлянках с плоской крышей, скотоводы строили юрты, наподобие монгольских.

Жизнь

Эвенки ассимилировали аборигенные северные народы, подвергались влиянию бурятов и якутов, что привело к возникновению разных по типу хозяйствования ветвей:

  1. Пеших собаководов, занимавшихся рыбной ловлей.
  2. Охотников-оленеводов.
  3. Оседлых скотоводов.

Большая часть эвенков вела кочевой образ жизни, связанный с освоением новых охотничьих угодий. Между стоянками перемещались верхом на оленях: такой способ использования животных — «визитная карточка» эвенков. Оленей использовали в качестве вьючных животных, стадо обычно составляло 3-5 голов.

Охотились поодиночке, на крупного зверя шли группами 3-5 человек. Использовали луки, самострелы, рогатины, выслеживали лосей, оленей, медведей, зайцев, соболей. Для маскировки надевали шкуру с головы оленя, зашивая прорези от глаз и рогов бисером.
Рыбная ловля играла для большинства эвенков второстепенную роль. В реки выходили на лодках-долбянках, лодках, сделанных из бересты, кожи оленей, морских животных. Рыбу лучили, пронзали острогой, реже устраивали запоры. Женщины занимались собирательством кореньев, трав, орехов, земледелие и огородничество развито не было.

Религия

Традиционная религия эвенков — шаманизм, основанный на обожествлении сил природы, анимизме, вере в духов-хозяев и покровителей. Вселенная Буга разделялась на 3 мира:

  1. Верхний — располагается над небом, является домом для божеств. Входом в него является Полярная звезда.
  2. Средний — земной, где живут люди и духи.
  3. Нижний — туда уходит одна из душ для вечной жизни. Вход в нижний мир — водовороты и расщелины в скалах.

Шаманы путешествовали между мирами, были проводниками между живыми и мертвыми, приносили вести богов и погибших предков. Костюм шамана олицетворял волка или медведя, был украшен анимистическими фигурками, бахромой, птичьими перьями. Для обрядов использовали бубен, варган, неизменным элементом был огонь.

Шаманы участвовали в общих родовых праздниках, помогали при родах и болезнях, предсказывали будущее. Местами молений были большие поляны при общих родовых сборах, сакральные деревья, горные перевалы, большие камни.

Традиции

Большую роль в жизни эвенков играли анимизм, охотничьи обряды и традиции, проводить которые могли только мужчины. Волк был для эвенков священным животным, на него не охотились. Почитали ворона: считалось, что он передает богам земные вести. Поскольку вороны умели разговаривать, эвенки считали их душами людей, облаченными в птичье обличье.
Известны обычаи медвежьего праздника. Медведь считался отцом эвенков, женившимся в древние времена на женщине, давшей жизнь народу. Животное называли «амака» — «дедушка». Вину за убийство на себя не брали, на деревьях схематически вырезали лица, показывая на них говорили: «Это не я убил, это он».
Суеверия возникали и на почве представлений, что туша освежеванного медведя похожа на человеческую. Убийство животного сопровождалось родовым сбором, призывом шамана, общим праздником. Кости медведя не разрубали, а разделяли по суставам. В некоторых родах их затем собирали вместе, подвешивали и проводили обряд «борьбы» одного из детей с «воскресшим» медведем. Другие устраивали обряд воздушного погребения медвежьих костей: в древности эвенки использовали его и для соплеменников.

К приходу в регион русских, умерших хоронили в земле, в деревянных ящиках. По представлениям эвенков, в нижнем мире души продолжали жить так же, как в среднем. Однако после смерти все переворачивалось с ног на голову, поэтому умершему в гроб клали вещи из его повседневной жизни сломанными: трубку, лук, стрелы, предметы обихода, украшения.

"И ныне дикой тунгус". Сибирские индейцы в жизни и в кино

Эвенки, 1888 год

В Эвенкийском районе Красноярского края протекает река Подкаменная Тунгуска. Оба этнонима − тунгус и эвенк обозначают представителей одного сибирского народа − кочевников, заселивших огромную территорию от Ледовитого до Тихого океана. На оленьих упряжках они совершали тысячекилометровые переходы через Дальневосточную тайгу, степи и горы Забайкалья, болота Западной Сибири. Мобильность тунгусов поражала воображение русских первопроходцев, так же, как невероятное боевое искусство тунгусских воинов, которые, словно ниндзя, умели оставаться невредимыми под градом вражеских стрел.

Это единственный коренной народ Сибири, упомянутый Пушкиным. "И ныне дикой тунгус", по мнению Александра Сергеевича, должен был прославить его имя, вместе с финном и калмыком. Упоминание тунгусов в стихотворении "Памятник" свидетельствует о том, что 200 лет назад "сибирские индейцы" (как позже назовет их Ф. Нансен) были хорошо известны современникам. И если бы тогда в России появился писатель, подобный Фенимору Куперу, то художественные описания сражений между русскими и тунгусами могли бы стать популярнейшим чтением XIX века.

Впрочем, тунгусы не могли пожаловаться на недостаток известности. В начале ХХ века на весь мир прославился "Тунгусский метеорит". В 1924 году на Дальнем Востоке произошло восстание тунгусов против советской власти. Причем восставшие объявили о создании независимого государства и обратились в Лигу Наций с просьбой о признании. А в конце 1920-х годов, когда кино было объявлено важнейшим из искусств, именно тунгусы стали героями "сибирских блокбастеров", которые снимались на Ленфильме и на киностудии Новосибирска, легендарном "Голливуде за Каменкой".

В 1931 году тунгусам поменяли имя, и с тех пор они стали называться эвенками. По данным переписи 2010 года, в Российской Федерации проживает около 35 тысяч человек, относящих себя к эвенкам. Примерно столько же представителей эвенкийского народа живет на севере Китая.

В интервью Сибирь.Реалии историк и этнограф, доцент Томского государственного университета, Ирина Максимова рассказала о том, почему именно эвенки являются её "любимым народом", как происходили контакты тунгусов с русскими первопроходцами и почему шаманское знание остается актуальным в XXI веке.

− Ирина Евгеньевна, как получилось, что кочевники-эвенки освоили такое обширное пространство, от Тихого океана до Ледовитого?

Ирина Максимова, доцент ТГУ

− У каждого этноса есть своя ниша, связанная со способом природопользования. И эвенки, будучи оленеводами, занимали те участки земли, которые не интересовали народности, занимавшиеся по преимуществу рыболовством. Но важно и то, что ни у эвенков, ни у большинства их соседей по территории проживания не было "географического" представления о собственности на землю. К примеру, в Нарымском Приобье бок-о-бок, "чересполосно", жили два разных народа – селькупы (остяки) и эвенки (тунгусы). Но сами они при этом считали, что живут на разных территориях, поскольку селькупы обитали вдоль рек и озер, а эвенки занимали болотистые "гривы", между которыми они легко перемещались на оленьих упряжках. Если добавить к этому чрезвычайную адаптивность к условиям проживания и местным обычаям, то становится понятно, почему они смогли "просочиться" между другими этносами и освоить огромные пространства от Урала и до Сахалина и от Таймыра до северного Китая.

− С чем связан их отказ от кочевого образа жизни в ХХ веке?

− В различных районах Сибири это происходило по-разному и в разные десятилетия ХХ века. Поскольку в первые годы становления советской власти пушнина была важнейшей статьей экспорта, а эвенки, благодаря оленям, опромышляли самые глухие уголки тайги, государство активно поддерживало таежное оленеводство. Появлялись многочисленные правительственные постановления, строились пункты приема пушнины, ветеринарные пункты, интернаты для детей, больницы, эвенков снабжали необходимыми товарами. Но само по себе таежное оленеводство не рентабельно, поскольку не дает "прибавочного продукта". Тайга не может "прокормить" большие стада. И с утратой значения пушной охоты утратило свою экономическую значимость оленеводство. В 1960-х годах наибольшую ценность стал представлять лес, на местах бывших пастбищ начинается массовое строительство леспромхозов. Затем акцент переместился на нефтедобычу, и государство окончательно перестали интересовать оленеводческие совхозы. По сути, они были уничтожены, и традиционные кочевки стали личным выбором нескольких семей, которые отказались переселяться в поселки и вели привычный образ жизни до 1980-х годов.

− А если вернуться назад, как происходили первые контакты эвенков с русскими первопроходцами?

Семейство тунгусов. 1890 г. Рисунок с фотографии А.В.Адрианова

− Эвенки, которых в то время называли тунгусами, как я уже говорила, не имели государственности. Поэтому о них трудно говорить "вообще", это всегда конкретные случаи − в одном месте они мирно общались с русскими, в других местах − воевали. Как, например, в районе Нарыма, где в 17-м веке сложилась напряженная конфликтная ситуация. Русских интересовал пушной товар, который для тунгусов не представлял большой ценности – они лыжи подбивали соболями для лучшего хода. И тут вдруг появляются люди, готовые за соболью шкурку давать ложку бисера или металлический нож. Это был взаимовыгодный обмен, и каждая сторона считала, что получила хорошую прибыль. Однако по мере ведения ясака, ужесточения административного давления и, как неизбежное следствие, распространения случаев обмана местного населения, стали возникать и военные конфликты. Самый известный эпизод − нападение тунгусов под предводительством князца Данула на Кетский острог в самом начале XVII века. Причины конфликта неясны, отдельные историки считают это войной за сферы влияния: якобы тунгусы к тому времени обложили данью местное население и рассматривали русских как своих соперников. Об этом, в частности, рассказывает Миллер в своей "Истории Сибири". А воевать тунгусы умели – с самого раннего детства мальчиков учили стрелять из лука, уворачиваться от стрел противника, отбивать летящие в него стрелы, тренировали выносливость, заставляя бегать "по нетоптаному снегу", имитировали сражение раненого воина с несколькими противниками, обучали военным хитростям. Интересное описание мы встречаем у Матиаса Кастрена, финского исследователя XIX века

"Два человека, взяв веревку каждый за конец, начали кружить ею изо всей силы по воздуху, наблюдая при этом, чтобы она никак не касалась земли. Третий с голыми ногами, перепрыгивая через нее, поднял с земли лук и стрелы, натягивал лук и стрелял, и во все это время веревка ни разу не ударила его по ногам. Рассказывали, что есть смельчаки, прыгающие таким образом и через острие пальмЫ (разновидность копья, с односторонней заточкой лезвия. −​ СР), которой кто-нибудь, лежа на земле, машет изо всех сил".

Кастрен М.А. Путешествие в Сибирь (1845-1849)

− Предания о знаменитых военных вождях (сонингах), защищавших свой род, формировали образец для подражания. Если человек претендовал на то, чтобы стать сонингом (вождем), то ему устраивали очень трудное испытание: строилось семь помостов, на самый верх поднимался кандидат в вожди, и по команде шамана в него начинали стрелять из луков все воины этого рода. Он должен был увернуться от стрел, перепрыгивая с помоста на помост, причем оценивалась как техника исполнения этого смертельного номера, так и эстетика – насколько красиво и грациозно он всё это проделывает.

Понятие "красоты" у тунгусов относилось и к правилам ведения войны – они были рыцарскими. Нельзя было нападать ночью, перед нападением противников предупреждали о "начале военных действий". Когда сталкивались два рода или племени, то всё решалось в поединке между сонингами, которые, перед началом боя, произносили ритуальную формулу: "Если я погибну, за мою смерть не мстить, а моего верхового оленя убейте у меня на могиле". Лучшими качествами воина были ловкость, выносливость, а "доспех" тунгусского воина был рассчитан именно на рукопашную схватку "один на один". Поэтому в столкновениях с русскими силы были заведомо неравны, поскольку велись "по разным правилам": тунгусы ожидали рыцарского поединка вождей, а защитники острога, что называется "без затей", применили огнестрельное оружие и рассеяли тунгусский отряд. Нельзя сказать, что там была "гора трупов", но потеря даже нескольких воинов, которые были прежде всего охотниками и кормильцами своих семей, была для родовой группы ощутимой.

Другие случаи возмущения эвенков русскими порядками связаны с обманом при сборе ясака и продажи муки и товаров в "хлебозапасных магазинах". В некоторых случаях доходило до анекдота. Понятно, что кочевники были неграмотны, и сборщики ясака этим пользовались. Они придумывали имена, звучащие как бы по-тунгусски, а по сути – мертвые души – которые, якобы, тоже брали муку и товары в долг. Понятно, что образовавшийся излишек шел "на личные нужды" продавца магазина, а с тунгусских старейшин спрашивали долг их мнимых "сородичей". Вот против этого эвенки тоже время от времени восставали, особенно если дело доходило до наказания "неплательщиков".

− Действительно жаль, что не нашлось в тех краях своего Фенимора Купера.

− Если говорить о литературе, то в советское время каждому малому народу положено было иметь национального писателя. У эвенков это был Алитет Семушкин. На мой взгляд, его короткие истории, при всей наивности, по-своему, очень интересны. Как например, "Танчами":

"Моего деда звали Танчами, что означает Кривоногий. У него, действительно, ноги были колесом, а сам толстый, как росомаха. Ходил вперевалку, как гагара. Он был шаманом, говорили, очень сильным шаманом.

Становление его было таким. Когда маленьким был, вечно плакал. Его плаксой и дразнили. Начинал хныкать, потом — плакать, и вот плачет, плачет и сам не заметит, как этот плач переходит в песнопения, в шаманский вой. Тут уж гадать не надо было, кем будет. Духи сами выбрали. И чтобы он был сильным, его специально лупили прутиком, чтобы начинал плакать.

Я маленьким был, но помню его. Его арестовали в тридцатых годах. Увезли куда-то. Он мог жевать раскаленные угли, плясать на них босиком и не обжигался. На лыжах ходил по воде и не тонул, вот таким шаманом был мой дед, Танчами".

Эвенки читают газету. Конец 1930-х гг. Из фондов Колпашевского краеведческого музея

− На ваш взгляд, кто из писателей, русских или эвенкийских, достовернее всех рассказал об этом народе?

− Когда сами эвенки пишут о себе, то их рассказы лучше воспринимать как сообщения информаторов. Безусловно, они помогают понять менталитет народа, но вряд ли могут служить достоверным источником. Что касается художественной литературы, то наиболее интересными я считаю книги Григория Федосеева, инженера-геодезиста, который стал популярным писателем. Люди старшего поколения, наверное, помнят детективно-приключенческую повесть Федосеева "Злой дух Ямбуя", по которой был снят одноименный фильм. Ещё один очень интересный писатель − это Олег Волков. Ровесник века, он родился в 1900 году, окончил Тенишевское училище в Петербурге. Кстати, он был одноклассником Владимира Набокова. Но, в отличие от последнего, Волков остался в России и четверть века провел в ГУЛАГе. После войны он отбывал ссылку на реке Сым в Красноярском крае (это был уже его пятый арест), где жил среди эвенков, так же, как за полвека до этого ссыльный революционер Богораз жил среди чукчей. Понимаете, это особый опыт − Волков не изучал эвенков как исследователь, чтобы написать о них научный труд. Фактически он оказался на их территории как бесправный изгнанник и разделял тяготы их жизни, наблюдал, как давит их цивилизация, как они спиваются (о чем говорится в рассказе "Огненная вода"). Это действительно удивительный человек и замечательный писатель – он не "нагнетает" сюжет, не умиляется "природным жителям", но в то же время изумительно точно передает и безысходность положения маленькой группы эвенков, оказавшейся на грани вымирания, и особое очарование их менталитета и отношения к природе. Мне приходилось несколько раз бывать в тех местах, о которых писал Волков, и хотя в его книгах я не встретила ни одного знакомого имени, у меня было ощущение полного узнавания.

"Мне однажды пришлось спросить у Бояринова − как это он решается отправляться в тайгу без оружия на медведя? Он только плечами пожал: не было случая, чтобы зверь тронул эвенка.

− У нас любой ребенок прогонит медведя − с ним только надо уметь поговорить, усовестить его: он поворчит, повернется и отправится восвояси, с дробовиком ходить неспособно − тяжело. Это русские берут с собой по два ружья, а мы не любим: надо, чтобы легко было идти, иначе много не напромышляешь.

В том, что медведи способны понимать человеческую речь и внять разумным доводам, меня однажды уверял молодой эвенк с Подкаменной Тунгуски, где зверя особенно много. Этот Кеша даже утверждал, что можно уговорить медведя подождать, пока достанешь патрон и зарядишь ружье. Однажды летом мы ходили с ним по тайге, всюду обнаруживая свежие медвежьи следы. В ином месте продирались в зарослях, где нехитро было столкнуться со зверем нос к носу. Однако Кеша шел беззаботно, в полной уверенности, что исход встречи с медведем зависит всецело от его
желания: захочет − прогонит мишку, нет − прикажет остановиться и выцелит его в упор".

О. Волков. Таежная страда

Эвенки на ярмарке в Нарыме. "Советская Сибирь". 1936 г.

− Другой советский писатель − Василий Величко, больше известный нам как человек, расследовавший преступления ГПУ на так называемом "острове смерти", занимался партийной работой среди эвенков и даже сочинил от их имени письмо Сталину. Похоже, что Величко вообще любил писать Сталину, но при чем здесь эвенки?

− Величко был искренний энтузиаст. Как натура творческая он горячо верил в то, что он делает. Его отправили к эвенкам как пропагандиста, чтобы объяснить им, что такое советская власть. Он разучивал с ними "Интернационал", заставлял их делать зарядку по утрам, учил различать лица "вождей пролетариата". Отчет о работе "кочевой политшколы", который Величко отправил Новосибирск, содержит описание его "достижений". Так, например, в отчете сказано: "Вождей всех, за исключением Энгельса, узнали по портретам. Даже дети узнали Ленина, Сталина и Калинина".

Но, поскольку Величко был умным человеком, он понимал, что эвенкам навязывают несвойственный им тип ведения хозяйства. Партийные чиновники в Новосибирске не понимали, в чем разница между эвенками и селькупами, для них и те и другие были таежными людьми. А то, что селькупы − оседлый народ и охотники, а эвенки − кочевой, вроде, как бы и неважно. Пусть они все работают в одном совхозе и приносят пользу советской власти. Вот Величко и придумал написать вождю от лица эвенков. Это письмо сохранилось, больше того − Сталин его прочитал, там имеются карандашные пометки, сделанные его рукой. В письме была забавная инструкция по использованию трубки, которую эвенки отправили в подарок Сталину с припиской, ну, табак у тебя, наверное, свой имеется, а если трубка засорится, то там есть такая дырочка, ты в ней поковыряй палочкой, и трубка снова будет работать. Тем не менее, письмо сработало: эвенкам было разрешено организовать оленеводческий совхоз, соответствующий их образу жизни.

Писатель В.Величко беседует с эвенками. Из собрания Томского областного краеведческого музея

− В конце 1920-х годов в Новосибирске появилась своя киностудия, которую называли "Голливуд за Каменкой". Там снимали блокбастеры и этническое кино, в том числе фильмы с участием эвенкийских охотников и шаманов. С чем связан выбор представителей этого народа на роль киногероев?

− Действительно, в те времена, когда ещё не было жестких требований к киноискусству со стороны партии, а творческий энтузиазм был на подъеме, появлялось много интересных экспериментальных работ. Очевидно, что Сибирь была привлекательна своей местной тематикой, отсюда и идея не просто снять фильм "про туземцев", но и пригласить на главные роли представителей этих народностей. Одним из таких успешных проектов стал фильм "Тунгус с Хэнычара", основанный на реальных событиях. В 1920-х годах в Западной Сибири проводились активные землеводо-устроительные работы. Один из участников этой экспедиции, Иннокентий Шухов, опубликовал статью, в которой описал встречу с тунгусом Кантельяном и привел два любопытных эпизода. Первый носил скорее юмористический характер: тунгус попросил у членов экспедиции "грамоту" на владение рекой Арангасом с условием, чтобы русские туда не ходили промышлять, и был очень опечален, когда ему сказали, что сделать это нельзя.

Второй эпизод отражал столкновение двух "прав собственности" − русского и тунгусского. Когда семья Кантельяна стала страдать от нехватки припасов, он взял содержимое чужого лабаза. Согласно эвенкийским этическим нормам это было допустимо, но нужно было оставить личный знак (тамгу) – обязательство вернуть долг, что Кантельян и сделал. Однако с точки зрения русских промысловиков это была кража. На основе второго эпизода новосибирский писатель Михаил Никитин сочинил пролетарскую историю о том, как русские защищают бедного тунгуса, семье которого нечего есть, от местного богатея-кулака.

Фильм по сценарию Никитина снимали частично в Новосибирске, где тунгусов изображали местные китайцы, и "на натуре" − в районе Туруханска, где роли тунгусов играли сами тунгусы. В съемках даже участвовал шаман, правда, не тунгусский, а остяцкий, но киношников такие тонкости мало волновали. Критики потом отмечали, что исполнитель главной роли, молодой тунгус Кевебуль, был совершенно гениальным актером.

Кевебуль в роли "Тунгуса с Хэннычара". Центральный государственный архив литературы и искусства Санкт-Петербурга

"Я помню до сих пор его печальные глаза, такую тоску во взоре во время репетиции кадра, который назывался "голодно в чуме Кевебуля, нет зверя". А как по-правдашнему глядел он на "своего сынишку"! Мы даже забывали, что сынишка − статист, китайчонок с новосибирского рынка, и что Кевебуль еще не успел побывать даже мужем. У него была огромная наблюдательность охотника, неукротимое желание и самое главное – талант…"

Виктор Ватолин. "Голливуд за Каменкой: Очерки зарождения и становления производства фильмов в Сибири"

− К сожалению, этот незаурядный человек, прекрасный знаток древних сказаний очень рано умер. Фильм "Тунгус с Хэнычара" вышел в прокат, его отправляли на кинофестиваль в Германию, он был продан в Америку, где шел под названием The law of the Siberian Taiga и собрал очень неплохую прессу, только "Нью-Йорк таймс" напечатала две рецензии. Впечатления западных кинокритиков были смешанные. Американцы высоко оценили игру Кевебуля, но отметили, что в фильме слишком много советской пропаганды. Забавно, что на родине создателей фильма, наоборот, обвиняли в "джеклондоновщине" и в том, что недостаточно внимания уделено теме классовой борьбы среди туземцев. К сожалению, фильм не сохранился. От него осталось всего несколько монтажных листов и несколько рекламных плакатов. Но история "эвенкийского кино" продолжилась благодаря студии "Ленфильм", где работала режиссер Рашель Мильман. Она решила экранизировать эвенкийскую легенду. В 1930 году на экраны страны вышел фильм "Мститель" − о богатыре, чье сердце покрыто медвежьей шерстью.

На съемках фильма "Мститель". Центральный государственный архив литературы и искусства Санкт-Петербурга

Центральным эпизодом фильма становится эвенкийский праздник иконипко, который сейчас стал чуть ли не "визитной карточкой" эвенкийской культуры. Первыми его зафиксировали именно создатели фильма "Мститель" − роли участников праздника исполняли сами эвенки и, разумеется, они играли очень достоверно – это был знакомый им ритуал, и они отлично понимали, что делают. Создатели фильма были настолько впечатлены отснятым материалом, что привезли шамана и ещё несколько человек в Ленинград, построили на Марсовом поле шаманский чум, где записывали звук камлания – у них была идея сделать звуковую версию фильма. Но эта затея провалилась, фильм был обвинен в идеологической невыдержанности. Авторы пытались подстроить сценарий под требования времени, они придумали роль комиссара, который отправляется в Сибирь, чтобы объявить туземцам о наступлении новой справедливой жизни без эксплуататоров. Но шаманская линия была настолько сильной, что коммунистическая идеология выглядела притянутой за уши, роль "народных масс" была показана слабо, и в результате фильм был обвинен в идеологической невыдержанности. К сожалению, от него также остались лишь несколько вариантов сценария и около сотни пробных фотографий.

− Несколькими годами раньше, в 1924-м, на Дальнем Востоке произошло восстание тунгусов. Гражданская война к тому времени уже закончилась, и вдруг начинается достаточно мощный национальный бунт против советской власти. Леонид Юзефович в своем романе "Зимняя дорога" называет причинами этого выступления действие налоговых органов, которые довели до абсурда тезис Ленина о том, что "социализм −​ это контроль".

"На этот раз восстали приморские тунгусы. Они всегда жили по своим родовым законам, а теперь власти обложили налогом их оленей, собак и даже каждое дерево, срубленное на жердь для урасы или на бересту для лодки, что для тунгусов было примерно то же самое, как если бы их заставили платить за воздух, которым они дышат. Правила регистрации пушнины дошли до полного абсурда: на тысячеверстных таежных просторах охотник обязан был прибыть непременно в Аян или Нелькан, найти представителя власти (тот мог быть пьян, или не в духе, или уехать по делам), предъявить разрешение на охоту вкупе с квитанцией об уплате пошлины за таковое разрешение и добытые шкуры, причем их головную часть следовало предварительно очистить от жил и прожилок для удобства наложения на нее печати, затем с помощью человека, знающего тунгусский язык и умеющего писать по-русски, что вместе встречалось нечасто, заполнить анкету с точным указанием, в каком месте и в какой день какого месяца был убит тот или иной зверь, и еще уплатить пятипроцентный сбор с гипотетической стоимости каждой шкуры. При ее продаже приходилось заново проходить аналогичный, бессмысленный и мучительный для лесных жителей бюрократический лабиринт. Доведенные до отчаяния тунгусы с боем захватили Аян, арестовали с десяток милиционеров и советских уполномоченных и объявили Аяно-Нельканский район независимой Тунгусской республикой…"

Леонид Юзефович. Зимняя дорога

–В исторической литературе, посвященной этому восстанию, говорится, что восставшие утвердили государственные символы, в том числе, флаг, и обратились в Лигу Наций с просьбой о помощи. Это звучит немного странно. Вы уже упоминали о том, что тунгусам была чужда идея государственности.

– В самом деле. Ближайший к ним народ, у которого были представления о государстве, − это якуты. У самих тунгусов ничего подобного не было. И, скорее всего, тут не обошлось без влияния якутов и русских. Я думаю, что сами тунгусы толком не понимали, что они делают и за что выступают. Их адаптивность позволяла им без труда находить "общий язык" с другими культурами, не теряя при этом своей самобытности. Например, они с легкостью крестились и принимали христианство, не воспринимая это как измену шаманизму. А все потому, что в русских селения господствует "русский Бог", и, если ему нужно, чтобы эвенки крестились, то почему бы и нет? Думаю, что с этим восстанием и объявлением "своего государства" произошла похожая история. Но, кстати сказать, поставленной цели они тогда добились − поборы были ограничены.

Эвенки фотографируются у гидросамолёта. С. Максимкин Яр на р. Кети. Конец 1930-х гг.

− Какие элементы традиционной эвенкийской культуры, на ваш взгляд, важны для выживания этого народа сейчас?

− Говоря о восстановлении традиционной культуры, мы не должны представлять себе архаическую картину: чумы, покрытые берестой, одежда из оленьих шкур и хлеб, испеченный в золе, как это делали предки. Это не восстановление культуры, а скорее действо в стиле ньюэйдж, сродни практике неоязычников, которые ходят с веточками на голове и славят Перуна, а потом возвращаются к благам цивилизации. Главный показатель возрождения культуры – сохранение способности осмысливать происходящее как бы сквозь призму своей истории и традиционных ценностей. И основная проблема – это утрата мировоззрения коренных народов, этики равноправного взаимодействия между человеком и другими живыми существами, которая была заложена в шаманизме. Наше "золотое правило нравственности" распространяются только на людей. А шаманист это правило проецирует на отношение со всем миром, всеми населяющими его существами, и его нравственный императив звучит так: обращайся с миром так, как бы ты хотел, чтобы мир обращался с тобой. В этой нравственной системе все бедствия, которые с нами происходят, − война, голод, эпидемия, глобальное потепление − всё является "ответкой" природы на действия человека. Когда эвенкийский творец − Окшери − создавал мир, он создал и духов мушун, которые должны следить за порядком. Но когда люди стали забывать заложенные им законы, убивать животных только из прихоти, загрязнять природу, в брошенных ими вещах и оставленных без обрядов костей животных стали появляться зловредные духи "хиташал". Они не участвовали в договоре между Окшери, людьми и миром, поэтому они не подчиняются никаким законам. Их цель − уничтожение людей. Мрачновато, но во многом справедливо.

Народ тунгусы: этнос, описание с фото, быт, история, новое название, обычаи и традиционные занятия

Разнообразие национальностей просто невероятное. Все меньше и меньше представителей тех или иных самобытных племен. Теперь узнать этническую принадлежность древнейших народов можно только по историческим книгам или редким фотографиям. Практически забыта и национальность тунгусов, хотя эти люди до сих пор населяют довольно большую территорию Сибири и Дальнего Востока.

Кто это?

Для многих станет открытием, что тунгусы — древнее название эвенков, которые в настоящее время являются одними из самых многочисленных на крайнем севере. Их называли тунгусами с I века до нашей эры до 1931 года, когда советское правительство решило переименовать национальность. Слово «тунгус» происходит от якутского «тонг уссс», что означает «замороженный вид, замороженный». Эвенки — китайское имя, производное от эвенкийского су».

тунгусы

На данный момент численность тунгусов составляет около 39 тысяч человек на территории России, столько же на территории Китая и еще около 30 тысяч на территории Монголии, что дает понять, что этот народ вполне многочисленны, несмотря на особенности своего существования.

Как выглядит этот народ (фото)

Тунго в общей массе довольно неприятны: фигура у них непропорциональная, словно придавленная к земле, среднего роста. Кожа обычно темная, коричневатого цвета, но мягкая. Лицо имеет заостренные черты: впалые щеки, но высокие скулы, маленькие и хорошо поставленные зубы и широкий рот с большими губами. Волосы темного цвета: от темно-коричневого до черного, жесткие, но тонкие. И женщины, и мужчины плетут их в две косы, реже в одну, хотя не у всех мужчин отращивают длинные волосы. Мужская часть людей после тридцати лет отращивает редкую бороду и тонкую полоску усов.

история тунго

Весь облик тунгусов достаточно четко передает их характер: жесткие, настороженные и до крайности упрямые. При этом все, кто их встречал, утверждают, что эвенки довольно гостеприимны и щедры, не в их правилах слишком много беспокоиться о будущем, они живут одним днем. Болтливость среди тунгусов считается большим позором: они открыто презирают и избегают этих людей. Более того, у тунгусов это не здоровый и здоровый обычай, только перед иностранцами они снимают головные уборы, слегка поклонившись, и тут же надевают его на голову, возвращаясь к своему обычному трезвому поведению. Несмотря на все трудности существования, эвенки живут в среднем 70-80 лет, иногда даже сто, и практически до конца своих дней ведут активный образ жизни (если болезнь их не парализует).

Где проживают тунгусы?

Хотя численность эвенков невелика по сравнению с другими национальностями, места их проживания довольно обширны и занимают все пространство Дальнего Востока от крайнего севера до центра Китая. Чтобы точнее представить себе, где живут тунгусы, можно обозначить следующие территории:

  • Эвенкийский автономный Хошунь, расположенный частично в Монголии и частично в Китае (провинции Хэйлунцзян и Ляонин).
  • В аймак Селенга в Монголии входят хамниганы — группа тунгусского происхождения, но их язык и традиции смешаны с монгольской культурой. Традиционно тунгусы никогда не строят больших поселений, предпочитая маленькие — не более двухсот человек.
  • В России: Якутская область, а также Красноярский край, весь бассейн Байкала, Бурятия. Есть небольшие поселения на Урале, в Поволжье и даже на Северном Кавказе. То есть большая часть Сибири (западная, центральная и восточная) имеет на своих территориях поселения, где жили тунгусы.

Особенности быта

Где живут тунгусы, вроде понятно, но каков был их образ жизни? Как правило, все виды деятельности делились на мужские и женские, и крайне редко кто-то выполняет «не свою» работу. Помимо животноводства, охоты и рыбалки, люди изготавливали предметы из дерева, железа и кости, украшали их резьбой, а также лодки и санки (сани для зимней езды по снегу). Женщины готовили еду, воспитывали детей и даже одевали шкуры, шили из них великолепные предметы одежды и быта. Также искусно шили бересту, из которой изготавливали не только предметы быта, но и детали чумы, являвшейся основным домом кочевых семей.

тунгусы эвенки

Оседлые эвенки перенимали у русских все больше привычек: они возделывали огороды, разводили коров, а кочевые племена тунгусов продолжали придерживаться древних традиций: питались в основном оленьим мясом (иногда лошадьми), дикими животными и убитыми птицами охоты, а также всевозможные грибы и ягоды, которые в изобилии произрастают в местах их обитания.

Основной род занятий

Тунгусский народ условно делится на несколько групп по образу жизни:

  • Кочевые оленеводы, которые считаются настоящими представителями своего народа. У них нет своих устойчивых поселений, они предпочитают странствовать, как это делали многие поколения их предков: некоторые семьи преодолевали тысячу километров на оленях за год после выпаса своего стада, который был основным пищевым маршрутом наряду с охотой и охотой рыбная ловля. Их жизненная позиция довольно проста: «Мои предки бродили по тайге, и я должен это делать. Счастье можно найти только в пути ». И ничто не может изменить это мировоззрение: ни голод, ни болезнь, ни лишения. Тунгусы обычно охотились на двух-трех человек, используя копья, копья (для зверя размером с медведя или лося) , а также луки и стрелы и всевозможные ловушки и ловушки для мелких животных (обычно меховые) в качестве оружия).

национальность тунго

  • Прибрежные эвенки считаются вымирающей группой, поэтому они уже не занимаются активным оленеводством и в то же время не пытаются использовать технологические новинки цивилизации. Их жизнь вращается в основном вокруг рыбалки, сбора ягод и грибов, иногда разведения и охоты на мелких животных, чаще всего из меха, кожу которого они обменивают на жизненно важные вещи: спички, сахар, соль и хлеб. Именно в этой группе самый высокий процент смертей от алкоголизма связан с тем, что этих тунгусов невозможно найти в современном обществе из-за их большой привязанности к традициям своих предков.
  • Оседлые оленеводы: больше всего их обитает в районе рек Лена и Енисей. В основном такая версия жизни возникла из-за многочисленных смешанных браков, когда тунгусы брали русских женщин замуж. Их летний образ жизни носит кочевой характер: они пасут оленей, иногда добавляют в стадо коров или лошадей, и впадают в спячку в домах, которыми управляют женщины, в то время как мужчины бродят. Даже зимой эвенки охотятся на пушных зверей, вырезают из дерева необычные изделия, а также шьют различные предметы домашнего обихода и кожаную одежду.

Свадебные обычаи

Еще в прошлом веке у эвенков был интересный добрачный обычай, который широко практиковался: если мужчине нравится определенная женщина и он хочет выразить свою привязанность, он подходит к ней со словами: «Я замерз». Это означает, что она должна предоставить ему свою постель, чтобы согреться, но только дважды. Если он приходит в третий раз с такими словами, это уже прямой намек на свадьбу, и его в открытую начинают ковырять, определять размер калыма невесты и обсуждать прочие тонкости брака. Если мужчина не выражает желания жениться, его очень настойчиво подводят к двери, запрещая ему больше появляться с этой женщиной. Если он будет сопротивляться, то в него могут пустить стрелу: тунгусская национальность славится умением убеждать наглых людей.

где живут тунгусы

Калым обычно состоит из стада оленей (около 15 голов), многочисленных шкурок соболя, песцов и других ценных животных, также они могут попросить деньги. Вот почему у богатых всегда были самые красивые тунгусские девушки, а бедные довольствовались теми, кто не просил слишком многого за их уродливую дочь. Кстати, брачный договор всегда составлялся от имени отца девушки, она сама не имела права выбора. Так получилось, что в восьмилетнем возрасте девочка в семье уже была помолвлена ​​с взрослым мужчиной, который уже заплатил калым и ждал ее полового созревания. Кроме того, среди эвенков широко распространено многоженство, только муж обязан обеспечивать всех своих женщин, а значит, он должен быть богатым.

Вероисповедание

Первоначально тунгусы придерживались шаманизма, тибетский буддизм иногда практиковали в Китае и Монголии, и только в последние несколько десятилетий начали появляться христиане-эвенки. На всей территории до сих пор распространен шаманизм: люди поклоняются различным духам и лечат болезни с помощью заговоров и шаманских танцев. Тунгусы с особым уважением относятся к духу тайги, которую они изображают в виде седого старика с длинной бородой, хранителя и хозяина леса. Среди местных жителей много рассказов о том, что кто-то видел этого Духа, охотясь на большого тигра и всегда в сопровождении огромной собаки. Чтобы охота была успешной, эвенки изображают лицо этого божества определенным узором в виде насечек на коре особого дерева и приносят в жертву только часть убитого животного или кашу из злаков (какая есть) . Если охота не удалась, таежный дух злится и забирает всю дичь, поэтому его почитают и всегда уважительно ведут себя в лесу.

где жили тунгусы

У тунгусов на самом деле вера в духов была очень сильной: они страстно верят, что различные духи могут входить в людей, животных, дома и даже предметы, поэтому различные ритуалы, связанные с изгнанием этих сущностей, были широко распространены и практиковались среди некоторых жителей раньше наш день.

Поверья, связанные со смертью

Тунгусы верят, что после смерти душа человека попадает в загробный мир, а те души, которые не попали туда из-за неправильных ритуалов погребения, становятся призраками и нечистью, которые насылают вред родственникам, болезни и различные проблемы. Поэтому похоронный обряд имеет несколько важных моментов:

  • Все тело покойного смазывают кровью свежезарезанного оленя, оставляют сушиться, а затем одевают в лучшую одежду. Рядом с его телом кладут все его личные вещи: охотничий нож и все другое оружие, чашу или котелок, которые он носил с собой на охоте или оленеводческих бегах. Если женщина умирала, то это были все ее личные вещи, вплоть до куска ткани: ничего не оставалось, чтобы избежать гнева духа.
  • Когда муж умирает, жена должна немедленно отрезать косу и положить ее в гроб мужа. Если муж очень любил свою женщину, то он тоже может постричься и положить под левую руку: по легенде, это поможет им встретиться в загробной жизни.

обычаи тунгусов

  • На четырех столбах построена специальная площадка, называемая Герамцкой, обычно высотой около двух метров над землей. Именно на эту платформу помещают покойного со своими вещами. Под площадкой разводят небольшой костер, на котором коптят жир и сало оленя и готовят его мясо, которое делят между всеми и едят с высокими стонами и слезами по усопшим. Затем площадка плотно набивается шкурами животных, прочно забивается досками, чтобы дикие животные ни в коем случае не добрались до трупа и не съели его. По легенде, если это произойдет, разгневанная душа человека никогда не обретет покоя, и каждый, кто привел покойного на платформу, погибнет на охоте, растерзанный зверями.

Окончание ритуала

Ровно через год проводится последняя поминальная церемония: выбирается гнилое дерево, из ствола которого вырезается изображение умершего, одевается в хорошую одежду и кладется на кровать. Кроме того, приглашаются все соседи, родственники и те, кто знал об умершем. Каждый приглашенный тунгус обязательно должен принести в подарок изображение дерева. Затем оленину снова варят и предлагают всем желающим, особенно изображение усопшего. Приглашается шаман, который начинает свои таинственные ритуалы, в конце которых выносит чучело на улицу и бросает его как можно дальше (иногда его подвешивают на дереве). После этого покойный никогда не упоминается, считая, что он успешно добрался до загробной жизни.

Это интересно!

Даже у столь неизвестных большинству тунгусов есть много важных моментов в своей истории, которыми они гордятся:

Тунгусы

Тунгусы (тунгузы), народ, живущий в Сибири и принадлежащий к маньчжурской ветви урало-алтайской семьи (см. урало-алтайские языки). Они раскинулись на громадном пространстве от Енисея на западе до Тихого океана на востоке и от Ледовитого океана на севере до Амура на юге. Не все это пространство они, впрочем, занимают сплошь, и центральную часть данной области, среднее течение Лены, они должны были уступить более поздним пришельцам в их страну, якутам. Но и сами тунгусы, по-видимому, знали лучшие времена, когда они жили гораздо южнее, чем ныне. Родиной их была, как можно думать, восточная часть Маньчжурии, примыкающая к Корее, и древним китайским летописям они были известны под именами: жужане, кидане, чжурчжени и т. д. Они оказывали по временам довольно существенное влияние на судьбы Китая, неоднократно покоряли себе его северные провинции, но потом быстро сходили со сцены, потому что не умели сохранить своей национальности и растворялись в китайской массе. Последним событием этого рода было завоевание всего Китая родственниками тунгусов, маньчжурами, в середине XVII в. (см. XXIV, 215/16), но и маньчжуры, как известно, не смогли сохранить своей национальности и почти сплошь окитаились.

Сами себя тунгусы называют «эвенки», что в переводе значит «люди», и происхождение названия «тунгус» до сих пор остается необъясненным. Это название прилагается теперь ко всей массе тунгусских племен, за исключением Амурского края, Сахалина и северо-востока занимаемой тунгусами области. Амурские тунгусы носят названия: орочоны, манегры (см.), или манегирцы, дауры (см.), солоны, бирары (см.), кили, негидальцы, самагиры, или самагарцы, ольчи, или мангуны (см.), гольды (см.); в Уссурийском крае на берегу моря живут орочи, в средней части Сахалина — ороки (см. ХХХVII, 386) и в северо-восточной части Якутской области и на берегах Охотского моря — ламуты (см.). Часть этих названий не имеет; впрочем, за себя достаточно оснований: и орочоны и ламуты ничем не отличаются ни по языку, ни по быту от собственно тунгусов, так что части одних и тех же родов, смотря по местности, назывались то тунгусы, то орочонами или ламутами. Манегры отличались от прочих тунгусов только наличием у них коневодства. Очень слабы отличия от собственно тунгусов также у негидальцев и самагиров, и «самагирские» роды встречаются у тунгусов различных областей. О бирарах вообще известно очень мало, что же касается килей, то самое существование этого племени подлежит некоторому сомнению. На иностранных картах иногда фигурируют в качестве самостоятельного народа еще чапогиры, но это уже явное недоразумение: чапогиры — не отдельное племя, а только один из родов енисейских тунгусов, даже не отличающийся своей многочисленностью. С другой стороны, в этнографии, литературе имеется нередкое смешение под одним общим названием «орочоны» трех совершение различных тунгусских народностей: орочонов, орочей и ороков. Хотя этимологически все три эти названия тождественны между собой и все одинаково происходят от тунгусского слова «оро», или «орон» — олень, преимущественно домашний (от этого же слова происходит, по-видимому, и название ольча), но народности, к которым эти названия прилагаются, сильно разнятся между собой в бытовом и культурном отношении. Верхнеамурские орочоны, действительно занимающиеся оленеводством, оправдывают свое название, орочи же Уссурийского края оленеводством не занимаются и живут главным образом рыболовством; их правильнее было бы называть как-нибудь иначе (к более южным из них применяются названия тазы и удихэ), но во всяком случае называть их орочонами вместо орочей прямо ошибочно.

Антропологически тунгусы изучены очень плохо, и исследования, производившиеся над ними в различных местах, дают различные результаты. И. И. Майнов различает северных тунгусов и южных. Для первых он дает крайне низкий рост — 1 548 мм, для вторых — рост ниже среднего; 1 631 мм. Это различие подтверждается и другими наблюдателями. Иохельсон-Бродская определяет рост для северных тунгусов: для анадырских — в 1 574 мм, для гижигинских — в 1 565, для колымских — в 1 588 мм, а Ю. Д. Талыко-Грындевич для южных, для одной группы — в 1 638 мм, для другой — в 1 614. Имеется определенное различие между северными и южными тунгусами также и по отношению к головному указателю, причем у южных наблюдается уклон в сторону брахицефалии, а у северных в сторону долихоцефалии. Майнов для северных тунгусов определяет головной указатель в 81,4, а Иохельсон-Бродская дает еще более низкие цифры: 80,8 для анадырских, 78,7 для гижигинских и 78,5 для колымских, тогда как для южных Майнов определяет этот указатель в 82,7, а Талыко-Грынцевич для одной группы в 82,2, а для другой даже в 84,3. Но все остальные измерения ввиду неполноты и отрывочности наблюдений дают противоречивый материал, не укладывающийся в определенные рамки. Так, лицевой указатель Майнов исчисляет для северных тунгусов в 79,3, а для южных в 81,6; почти тождественную с последней цифру, именно 81,3, получил и Талыко-Грынцевич для одной из своих групп, но зато для другой группы лицевой указатель получился у него только 71,0; наоборот, носовой указатель у первой группы Талыко-Грынцевича оказался очень низким (56,9), а у второй — значительно более высоким (71,7). При таких условиях сколько-нибудь отчетливая антропологическая характеристика тунгусов представляет дело будущего.

Очень плохо изучены тунгусы и в лингвистическом отношении. Правда, общий характер тунгусского языка ясен, и его родство с маньчжурским языком не вызывает сомнений, но до сих пор нет ни хорошей грамматики тунгусского языка, ни полного тунгусского словаря, а главное — ничего не сделано для тунгусской диалектологии, и вопрос об отношениях между языками енисейских, вилюйских, амурских и других тунгусов остается совершенно открытым. Записей на тунгусском языке опубликовано очень мало, так что и материалов для изучения языка почти не имеется; они еще должны быть собраны.

Основными занятиями тунгусов являются охота и оленеводство. Местами под влиянием соседей они стали заниматься скотоводством, местами перешли к земледелию и оседлому образу жизни, но все-таки с представлением о тунгусах, как об этнографическом типе, прежде всего, связываются представления об охоте и оленеводстве. Оленеводство, впрочем, занимает в хозяйственной жизни тунгусов сравнительно второстепенное место и служит почти исключительно целям передвижения, причем в отличие от других оленеводов тунгусы пользуются оленем не как упряжным, а как верховым и вьючным животным. Потребление оленьего молока у тунгусов ничтожно. Употребление мяса домашних оленей в пищу тоже весьма ограничено, и нужна полная голодовка в течение целой недели для того, чтобы тунгус под влиянием угрозы голодной смерти решился заколоть для еды здорового оленя. Да при незначительных размерах оленьих стад у тунгусов (более 20—30 голов имеют очень немногие), разумеется, не может быть и речи о мясе домашних оленей, как о правильном источнике продовольствия. Таким образом, главным ресурсом для тунгусов является охота, как мясная для собственного продовольствия, так и пушная, причем пушнину они сбывают русским в обмен, между прочим, и на муку, которая уже вошла у них в употребление. В общем, охота, несмотря на богатство Сибири дичью, является очень ненадежным источником существования, и громадное большинство тунгусов живет очень бедно. Случаи голодной смерти среди них чаще, чем среди какого-либо другого из сибирских народов, и нередко гибнут не только отдельные лица, но и целые семьи и даже маленькие роды. Тут не спасает их даже широко развитое среди них чувство взаимной солидарности и готовность приходить друг другу на помощь. Очень широко развито у них и гостеприимство. И, тем не менее, при общей нищете племени, не помогают ни взаимная выручка, ни широкое гостеприимство, и число ежегодных смертей от голода среди них велико, хотя, разумеется, не поддается никакому точному учету.

Причиной этого, однако, является не только то обстоятельство, что тунгусы занимаются таким неверным промыслом, как охота, а и вообще их бесхозяйственность. Там, где тунгусы перешли к скотоводству или земледелию, они живут все-таки очень бедно, и хозяйство идет у них плохо, гораздо хуже, чем не только у русских, но и у бурят или у якутов. Несмотря на то, что тунгус, потерявший почему-либо скот, опять-таки находит поддержку у своих родовичей, снабжающих его скотом для нового разведения, все-таки большинство тунгусов рано или поздно утрачивает положение самостоятельных хозяев и попадает в положение батраков у русских, якутов или бурят, особенно у якутов, которые сильно их эксплуатируют. Такая бесхозяйственность отнюдь не является следствием их низкого умственного развития. Наоборот, тунгусы в этом отношении стоят не только не ниже, но скорее выше своих соседей. Уже первые русские, которые сталкивались с ними, с похвалой отзывались об их сообразительности и толковости, а последующие наблюдатели все отдают должное их сравнительной интеллигентности, добродушию, веселому и общительному нраву, а любовь к удовольствиям и нарядам заслужила им шутливое прозвище «дворян Сибири». И все-таки эти, по-своему даже талантливые, тунгусы бедствуют там, где их менее даровитые соседи все же могут обеспечить себе более или менее прочное хозяйственное положение.

Насколько неустойчивы тунгусы в хозяйственном отношении, настолько же они неустойчивы и в национальном отношении. Они очень легко утрачивают свой язык и другие национальные особенности. По данным переписи 1897 г., собственно тунгусов с орочонами и ламутами числилось 62 068 чел., но из них лишь 27 597, или 44,5%, сохранили свой родной язык, большинство же заменило его языком русским, якутским, бурятским, в отдельных случаях даже юкагирским. Перепись 1926 г. насчитывает собственно тунгусов лишь 37 546 чел. Местами понятие «тунгусы» уже утратило свое этнографическое содержание и превратилось в обозначение чисто сословных делений. Эта неустойчивость тунгусов в национальном отношении еще ярче оттеняется сопоставлением их с их ближайшими соседями, — якутами, которые, несмотря на свою тоже незначительную численность, не только прочно сохраняют свой язык и культуру, но местами объякутили даже русских, не говоря уже про подчинение своему культурному влиянию туземных соседей. Для тунгусов национальная неустойчивость и способность быстро ассимилироваться с другими народностями представляет племенную черту.

Материальная культура тунгусов определялась потребностями охотничьего быта. Они были самым подвижным народом Сибири, и районы перекочовок отдельных семей, судя по некоторым примерам, приводимым Миддендорфом, были чрезвычайно обширны. Но все-таки большинство тунгусов имели где-нибудь избушки, которое служили им как бы опорными пунктами и куда они склады вали свои пожитки, без которых можно было обойтись в данное время. Это уже своего рода первый шаг к оседлости. В бывшей Забайкальской же области имелось уже распределение охотничьих угодий между отдельными семьями, по крайней мере, по отношению к пушному промыслу, и здесь район перекочевок вследствие этого был ограничен. Типичным для тунгусов жилищем является ураса, или небольшой шатер конической формы из кольев, покрытых оленьими шкурами или даже вываренной березовой берестой. Даже якутские юрты, где в зимнее время ночью вода основательно замерзает, казались тунгусам слишком душными и жаркими, и они предпочитали им и в зимнее время свои урасы. Теперь, конечно, многие тунгусы живут уже в избах русского типа. Оружием для тунгусов служили лук и копье, а потом полученное от русских ружье. В литературе можно найти немало упоминаний об исключительной меткости тунгусов, но устроенные однажды Миддендорфом состязания показали, что тунгусы лишь посредственные стрелки. С металлами тунгусы знакомы уже давно, но сами их не обрабатывают, а получают готовые изделия от русских, раньше же имели их преимущественно от якутов. Одежда тунгусов резко отличается своим покроем от мешковатой одежды других приполярных народов и состоит из узкого кафтана, плотно облегающего фигуру и нисколько не стесняющего движений; одежда эта обыкновенно тщательно украшена и придает им щеголеватый вид по сравнению с соседями. Волосы тунгусы заплетают в косы, бороды и усов не носят; прежде среди них довольно широко была развита татуировка. Утварь у тунгусов чрезвычайно немногочисленна, и в качестве материала для разного рода изделий широко применяется береста и дерево, что и естественно при их постоянных перекочевках.

Тунгусы делятся на роды. В том виде, как эти роды существовали в последнее время, они представляли собой чисто административные единицы. Первоначально же это были, по-видимому, небольшие племена, вполне самостоятельные, но недостаточно обособленные одно от другого в этнографическом отношении, и более ранние донесения русских воевод и казачьих начальников XVII в. нередко называют в качестве самостоятельных народов позднейшие тунгусские роды. Большинство этих родов носит названия, оканчивающиеся на «гир» (киндигир, лалыгир, самагир, чапогир и т. п.) или на «кер» (луникер). Значение этого суффикса в точности неизвестно, но, по-видимому, в нем содержится указание на происхождение из какой-нибудь местности. Семья у тунгусов имела вполне организованный характер и, как общее правило, была моногамной; полигамия не была воспрещена, но встречалась крайне редко; жены приобретались путем уплаты калыма; свадебные церемонии, по-видимому, отличались простотой и несложностью; власть отца и мужа в теории была безгранична, но на практике положение женщин было здесь сравнительно лучше, чем у других сибирских народов. Ни на тотемизм, ни на материнское право у тунгусов нет ни малейших указаний; нет относительно их указаний и на то, чтобы в прежнее время муж входил в состав жениной семьи, каковые указания имеются для многих тюркских племен. По вероисповеданию значительное большинство тунгусов числится христианами, часть — ламаитами, немногие — язычниками. Но христианство было усвоено ими самым поверхностным образом, и в основе тунгусы и теперь остаются шаманистами. (См. Сибирь, XXXVIII, 495/98, и Союз ССР — природа и население, ХLI, ч. 1, 398, 402, 530/31, 535, 539, 543).

Литература: С. Патканов, «Опыт географии и статистики тунгусских племен Сибири», 3 вып. (Зап. Геогр. Общ. по отд. Этногр., т. XXXI, Спб., 1906); Л. Шренк, «Об инородцах Амурского края», 3 т., изд. Академии Наук; И. И. Майнов, «Некоторые данные о тунгусах Якутского края» (Труды Вост.-Сиб. отд. Геогр. Общ., № 2, Иркутск, 1898); К. М. Рычков, «Енисейские тунгусы» («Землеведение», 1917, кн. 1—2; 1922, кн. 1—4); А. Th. v. Middendorff, «Sibiriscbe Reise», Bd. IV.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *